С Дегильи Print
В чем состояла суть столкновения его с Пушкиным, никто не знает. Сохранилось письмо Пушкина к Дегильи, которое первый биограф поэта П. В. Анненков называет «неслыханно презрительным и дерзким». Оно в общих чертах повторяет приведенную дневниковую запись. Вот это письмо: «К сведению г. Дегильи, бывшего офицера Французской службы. Недостаточно быть трусом: надо еще быть им откровенно. Накануне дуэли на саблях, с которой улепетывают, не пишут на глазах своей жены плаксивых жалоб и завещания; не сочиняют нелепых сказок перед городскими властями в целях воспрепятствовать царапине; не ставят в неловкое положение ни своего секунданта, ни генерала, который удостаивает чести принимать в своем доме невежу. Я предвидел все то, что произошло, и досадую, что не держал пари. Теперь все кончено, но берегитесь. Примите уверение в тех чувствах, которые вы заслуживаете. Пушкин. 6 июня 21 г. Заметьте еще, что теперь я сумею, в случае надобности, пустить в ход свои права русского дворянина, так как вы ничего не понимаете в праве оружия». Что имел в виду Пушкин, когда угрожал «пустить в ход свои права русского дворянина»? Упоминавшийся знаток русской дуэли Я. Гордин приводит следующее толкование, которое объясняет нам это заявление: «Дворянин не имеет права вмешивать государство — городские власти — в дуэльные дела, то есть прибегать к защите закона, запрещающего поединки. Дворянин не имеет права опускаться на недворянский уровень поведения. Опускаясь на подобный уровень, он лишает себя права на уважительное, хотя и враждебное поведение противника, и должен быть подвергнут унизительному обращению — побоям, публичному поношению. Он ставится вне законов чести... И не потому, что он вызывает презрение и омерзение сам по себе, а потому главным образом, что он оскверняет само понятие человека чести — истинного дворянина. Отказ дворянина от дуэли представляется... пределом падения, несмываемым позором...»
 

Чуть-чуть рекламы

При поддержке:

RUCENTER



Яндекс цитирования

СМИ о сайте

КП
Наше слово